Если в начале пандемии диджитал в театре был скорее техническим дополнением, то сейчас он – король сцены. И, как полагается настоящему монарху, отношение к нему особенное – специально написанная пьеса, десятки многоканальных камер и тысячи виртуальных зрителей. В минувший вторник Александринский театр представил на зрительский суд интерактивный детектив «Драма на шоссэ. Судебное разбирательство» по эксклюзивной пьесе Бориса Акунина. На сцене – настоящее заседание, в Zoom – коллегия именитых присяжных, у экранов – 3000 зрителей.

фото: Кадр из видео

Александринка, как и большинство театров по всей стране, официально закрыла свои здания, но деятельность не прекратила. Результатом такого почти подпольного творчества стал мультижанровый проект «Другая сцена», где молодые режиссеры, художники и драматурги пробуют свои силы в цифровой плоскости через всевозможные соцсети, мессенджеры и онлайн-платформы. Премьерой первого такого перформанса стала работа 32-летнего питерского режиссера Антона Оконешникова. В основе – написанная специально для Александринки пьеса Бориса Акунина «Драма на шоссэ. Судебное разбирательство».

Теперь на спектакли ходят не по билетам, а по ссылкам. Комната, освещаемая только экраном ноутбука, быстро заполняется живыми голосами. Зрители что-то невнятно бормочут друг другу, иногда переходя на вежливый смех, а потом снова возвращаются к приятному урчанию. Но почему-то на английском.

Впрочем, минут через 10 голоса замолкают. На экране – алый занавес, но вопреки ожиданиям камера проплывает за ним и открывает зрителю сцену, где в боевой готовности сидят артисты. Она почти пустая: из декораций только несколько стульев и два письменных стола. В полутьме суетливо ходят работники сцены – в черных масках и перчатках – поправляют грим, настраивают оборудование. Камера медленно наезжает на каждого из персонажей. Такой виртуальный вариант программки.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Влад Маленко и Борис Березовский открыли арт-кабаре

Итак, перед нами судья (Игорь Волков), секретарь (Сергей Мардарь), пожилой сахарозаводчик Харлампий Скоробогатов (Петр Семак), прелестная девушка в трауре Мария Мизинцева (Елена Вожакина), ее муж и обвиняемый судом Алексей Мизинцев (Виктор Шуралев), их служанка Лукерья (Анна Блинова). А также свидетель обвинения, поручик Липницкий (Алексей Лушин), прокурор (Игорь Мосюк) и адвокат (Степан Балакшин).

На этом действующие лица не заканчиваются. Судья представляет коллегию присяжных – худрук Театра на Малой Бронной Константин Богомолов, актриса Мария Миронова, пианистка Полина Осетинская, журналист Алексей Пивоваров, писатель Татьяна Толстая и историк Николай Сванидзе. Они, как сегодня водится, участвуют в процессе через Zoom.

С самого начала спектакль приобретает форму детективного квеста со своей системой координат. Дано: автомобильное происшествие, в результате которого погиб 5-летний мальчик Ваня. Есть во всем сознавшийся молодой человек Мизинцев, но нет соразмерного наказания. Это и предстоит решить присяжным и зрителям. Отправить обвиняемого на полгода исправительных работ с церковным покаянием или сослать на 10-летнюю каторгу?

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Facebook позволит заявлять о правах на фото

Пока прокурор настаивает на максимальном наказании, адвокат подсудимого вносит сомнения в, казалось бы, решенное дело. Оказывается, за рулем была захмелевшая и разгорячившаяся супруга, а Мизинцев лишь пытается спасти нерадивую. Но на этом повороты не заканчиваются. Борис Акунин дает каждому персонажу мотив для убийства мальчика. Ведь ребенок – наследник большого состояния своего деда, сахарозаводчика Скоробогатова, который собирался обделить деньгами племянницу, Марию Мизинцеву. Да и служанка, к тому же, слышала, как молодые супруги сетуют на свое бедственное положение.

От таких виражей голова идет кругом. Но зрителю лишь дважды дают повлиять на сюжет – при выборе старшины присяжных (сотня голосов уверенно избрала Татьяну Толстую, о чем потом коллективно пожалела) и в финальном приговоре «оправдать или осудить». Конечно, гуманная публика решила отпустить Мизинцева. А вот звездные присяжные не были так единодушны.

– Обвиняемого нужно оправдать за недостаточностью улик, – первым заявляет Алексей Пивоваров.

– Вы что? Мизинцев очевидно виновен. Он посадил нетрезвую женщину за руль, – парирует Мария Миронова.

– Да, вина жены более очевидна, –поддерживает ее Полина Осетинская.

– Я скорее склоняюсь к доследованию, но тут нет варианта оправдания, – говорит Николай Сванидзе.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  «ВКонтакте» начала блокировать фейковые сообщения о коронавирусе

– Погодите, а с чего вы вообще решили, что мальчик был жив в момент наезда? Нет доказательств того, что ребёнка переехали. Он мог быть мёртв, – пробивается через помехи Константин Богомолов.

Дискуссия превращается в ожесточенную перепалку в духе шоу «Пусть говорят» на долгие 15 мин. Причем, основным говоруном в ней оказывается Татьяна Никитична (Толстая), которую судья то и дело переименовывает в «Ильиничну». «Драма на шоссэ» вот-вот готова превратиться в «Школу злословия»… Вмешался суд – извинился в сотый раз за исковерканное отчество и добился короткого «условно оправдан по недостаточности улик».

Нет времени разглагольствовать об особенностях законов XX века, впереди развязка! Только пальцы потянулись закрыть крышку ноутбука, как Акунин вытаскивает свой фирменный козырь – Эраста Фандорина. Опоздавший на заседание криминалист раскрывает истинное положение вещей. Мальчик был мертв в момент наезда! Зря Татьяна «Ильинична» Никитична смеялась над Константином Богомоловым. Режиссер зрит в корень. А подстроил все главный свидетель обвинения – поручик Липницкий, чья могучая лошадь раскроила ребенку череп копытом.

«Театр, вы удивили!», – написала счастливая зрительница в комментарии под трансляцией. А потом к ней добавилось еще 170 восторженных человек. «Вот только Толстую больше не зовите. Все впечатление испортила».

Источник: www.mk.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь